Гран Торино

Рейтинг: 8.4; количество голосов: 123667

Автор: Он; дата: 28 апреля, 2009

Живет в простом американском городе простой аме­ри­канский дед. Живет он, как и положено, с женой, у него есть дети, местами даже внуки. А так же хороший дом, собака и любимая машина. В общем, есть все, что положено согласно американской мечте. Есть? Ну, скорее было. Жена умерла, дети и, тем более, внуки не понимают «странного старика», а простой аме­ри­канский город уже вовсе на такой простой, да и не сильно-то американский — нынешние соседи нашего де­да в основном корейцы и негры, люди шумные, темные и, в большинстве, неблагополучные, а то и во­все кри­ми­наль­ные. А он, кстати, в Корейской войне участвовал, и, в общем-то, считал, что его страна по­бе­дила. Так что сами понимаете, какое у него отношение к этим «захватчикам» его государства и города в част­ности.

Впрочем, ради справедливости следует заметить, что его отношение к собственным детям немногим лучше. Они выросли, обзавелись собственными семьями и своими идеалами. Идеалами довольно стандартными — их интересуют только они сами, деньги, и удо­воль­ствия, которые на них можно купить, а до всего ос­тального и всех остальных им дела нет. Чихать они хотели на отца, вместе с его странными привычками и взглядами на жизнь; его любовь к своей стране и желание гордиться ею они не разделяют. Тем не менее, как люди воспитанные, они стараются своего отношения старику не показывать, и ходят к нему с дежурными улыбочками на лице и даже пытаются иногда проявить свою заботу о нем, в основном, с помощью денег. Однако наш американский дед всю эту фальшь в отношении к себе чувствует и потому делит свое презрение почти поровну между соседями-ко­рейцами и своими детьми с их семьями. Так бы ско­ротал он свою жизнь спокойно в одиночестве, сидя со своей старой собакой на крыльце, попивая пиво и презирая большинство окружающих его людей. Но мир меняется быстро: дети вчерашних робких эмигрантов уже чувствуют себя хозяевами в квартале, который постепенно становится бандитским. Большинство «ко­ренных» американцев уже благоразумно покинули этот район, и только главный герой не собирается покидать свой дом только потому, что всю округу заселили какие-то беспокойные корейцы. Вскоре он становится как бельмо на глазу для новоявленных «хозяев квартала». А значит, ему предстоит познакомиться поближе и с «новым миром», и с некоторыми его представителями, а заодно проверить работают ли старые принципы в современных условиях. Кто и какие уроки вынесет из этого столкновения старого с новым зрителю и пред­стоит узнать.

Похоже, для Клинта Иствуда становится хорошим правилом делать качественные фильмы. Они могут нравиться или не нравиться, но едва ли кто-то посмеет сказать, что его фильмы пустые или бессмысленные, или сделаны на скорую руку. «Гранд торино» в этом смыс­ле не является исключением и занимает дос­той­ное место в ряду других «кинодетей» мистера Иствуда.

Мне всегда было интересно, как людям удается одновременно быть и режиссером и исполнителем главной роли. По-моему, если часто так делать, то могут быть последствия в виде раздвоения личности. Хотя, с другой стороны, по крайней мере, проблем с исполнителем главной роли режиссер иметь не будет. В общем, так или иначе, а Клинт Иствуд поснимать себя в своем же кино любит и, следует заметить, получается у него это очень неплохо. Он весьма уютно себя чувствует в амплуа этакого сурового, но справедливого мужика преклонного возраста. Вот и в этом фильме он не стал пускаться в эксперименты. И, похоже, мистер Иствуд отточил свое мастерство суровомужикатости до блеска — все в меру и ничто нигде не выпирает, а фирменный взгляд прищуренных глаз всегда при нем. Его персонаж, Уолт Ковальски, показался мне правдоподобным от начала и до конца. Слава богу герой не выродился в этакого Панишера, который всех плохих тоненько нашинкует, предварительно смешав с дерьмом. Я, по правде сказать, этого так боялся, что почти весь фильм держал дулю на одной руке и пальцы крестиком на другой. Так что в том, что сюжет избежал большинства популярных штампов, есть и моя заслуга.

Следующий персонаж, который порадовал — это молоденький и рыжий священник отец Янович (Кристофер Карли). Если бы это был фильм, снятый по стандартам боевика, то этот священник обязательно спас бы душу главгера в трудную минуту и научил как правильно убивать плохих, чтобы это не портило ему карму и не считалось грехом. Но в нашем случае уже один вид «святого отца» вселял надежду в то, что шаблонные решения отдыхают: 27 лет (а выглядит на 20) и внешность настоящего ботаника говорили о многом. Представьте себе картину: этот мальчик читает проповедь полной церкви людей, которые минимум вдвое старше его. Дальше — больше: пацан-священник начинает учить жизни главного героя, которому на вид лет 65, не меньше. Уже сама по себе такая ситуация была довольно забавным стебом над церковью. Но, видимо, для тех, кому этого было мало, главный герой внес ясность в то, почему именно он не желает учиться жизни у малолетнего священника несколькими меткими комментариями.

Следующие, кто нас интересует — это корейцы. Там все было более-менее приемлемо сыграно: выглядела вся эта разномастная братия весьма аутентично. Разве что слегка расстроил разнесчастный корейский мальчик, которому досталась куча экранного времени в роли второго плана: он ничем не запомнился, кроме одной и той же грустно-напряженно-обкакавшейся физиономии.

Кстати, не знаю почему, но в большинстве фильмов все эти китайско-японско-тайско-вьетнамские несчастные эмигрантские семейства выглядят, как на мой взгляд, весьма правдиво. Может потому, что никто не желает приглашать актеров на такие незначительные роли и берут реальных людей. А может просто потому, что я понятия не имею, как такие семьи выглядят на самом деле, и за долгие годы так привык к киношному шаблону по этой теме, что он-то и кажется мне наиболее похожим на реальность.

Перейдем к тому, что не понравилось. Во-первых, весьма сомнительным показался момент превращения мистера Ковальски из злобного и презрительного соседа в идола, который купается в любви простого корейского люда и скромно принимает их подношения. Что-то как-то быстро, легко и просто, окончательно и бесповоротно это произошло. И совсем не вязалось с идеологией и принципами главгера. Поэтому покоробило. Второй неприятный момент связан с положительной корейской девочкой. Ее персонаж это настоящий ходячий киноштамп: как только увидел, сразу стало понятно зачем она появилась в фильме, а также кто, когда и что именно плохого с ней сделает и что за этим последует.

Но все это мелочи — за такую шикарную бессловесную войну, которую вели Ковальски и корейская бабуля, не вставая со своих крылец, простить можно недостатки и пострашнее. Опять же, эпизоды общения Уолта со своим парикмахером и обучение младого корейца искусству ведения «мужской» беседы порадовали несказанно. Да и вообще, практически любой диалог с участием главного героя заставлял меня довольно улыбаться — настолько красиво и «вкусно» он излагал.

Все-таки делают еще фильмы, которые оставляют после себя приятнейшее ощущение правильности. Это не имеет ничего общего с сопливо-умилительно-популярным-в-последнее-время хэппи эндом, когда все, обнявшись, уходят в закат. Так же это не про радостно-кровожадное мочилово, когда хорошие «наши» поубивают всех плохих «ихних» самыми разнообразными и красочными методами. Это скорее про такие фильмы, в которых и идет все, как в жизни, и поневоле даже иногда забываешь, что это кино, и заканчивается все таким образом, что на месте главного героя именно так бы и поступил или сделал… или, по крайней мере, хотел бы так поступить. Конечно, уже через 15 минут мы вернемся к своим повседневным глупостям: пойдем качать свежую порнуху в Интернете или будем смотреть, ковыряя в носу, какой-нибудь очередной «Дом 22». Но этот момент, когда человек, не отрывая задницы от стула, вдруг почувствовал себя сильнее и лучше — это настоящее современное чудо, а люди, которые могут миллионы простых смертных на минутку приподнять над землей — настоящие волшебники.